Война на выселение, или Как я боролся с клопами

Не поймаешь — и на ногах появляются цепочки укусов. Прихлопнешь — и пальцы краснеют от твоей собственной крови. Жить с клопами — значит постоянно чесаться, страшиться наступления ночи и, главное, мечтать сбежать куда подальше. О том, как мне довелось столкнуться с этой угрозой лицом к лицу, — в рассказе ниже. 

Ничего не подозревающий я заселился в общежитие. Простился с родителями, обустроился в комнате. Когда эти ритуалы завершились, сосед — шестикурсник Анвар — решил разом снять с меня розовые очки:

— Тебя ж Вадимом зовут? Ты смотри, у нас клопы в комнате.

Я тогда ещё не понимал всего масштаба трагедии, однако насторожился. Через пару часов пришёл второй сосед — третьекурсник Юра — и опять предупредил меня о клопах. Тут я уже не на шутку испугался и ждал ночь, как страшный суд. И хотя наутро остался такой же нетронутый, как и до этого, более спокойным не сделался.

Проблемы начались через пару дней. В очередное утро я проснулся с рядами укусов на ногах. Выглядели они жутко, чесались и того хуже. И тут я наконец-то понял, куда меня заселил великий общажный рандом! И, разумеется, начал думать, как это безобразие вывести. В первую очередь спросил у наиболее опытного соседа. Оказалось, Анвар и сам не знал:

— Мы когда-то пытались их истребить. Даже нанимали дезинсектора. Но ничего не вышло. Я за шесть лет уже сжился с ними, меня как будто и кусать меньше начали. Видать, напились моей крови. Ещё до Юры со мной химик жил. Вот при нём клопов не было. А потом как появились, так и до сих пор никуда не делись.

Второй сосед прокомментировал ситуацию примерно также:

— А что с ними сделаешь? Уже пробовали.

На этом моменте я понял, что либо стану тем героем, который сможет победить орду, либо выселюсь из этого клоповника. Началась двухмесячная операция под кодовым названием «Война на выселение».

Сначала я обратился к средству, которое ни разу меня ещё не подводило: мамина помощь. Она накупила мне с десяток разных ядовитых субстанций и сказала по очереди использовать, пока вредителей не настигнет кара. Так и сделал. И хотя соседи в унисон мне твердили, что это всё — пустая трата времени, я не сдавался.

— Ты правда зря стараешься, — заявил мне Юра, когда я полез под его кровать с очередным средством. — Мы с Анваром уже лазили под кроватями и всякие порошочки рассыпали. Как видишь, клопы всё ещё здесь.  

Несмотря на скепсис со стороны соседей, результат поначалу был вполне удовлетворительным. Укусов стало меньше, а значит, думалось мне, всё идет по плану. Надежда пошатнулась, когда я начал замечать клопов на себе прямо посреди дня. Пока вредители покидали место пиршества, раздутые и довольные, они шевелили волоски на моей ноге. Новое знание привело к паранойе: теперь каждый раз, когда какая-нибудь пылинка садилась мне на ногу, я думал: «Боже мой! Это клоп! Надо быстрее его прихлопнуть». 

Так как дело с мёртвой точки не двигалось, решил обратиться за советом ко всем, кого знаю. Вначале это были соседи по блоку, потом по всему общежитию, а после я отчаялся и стал опрашивать одногруппников: вдруг они знают, как с этой напастью бороться. Советы получал разные: мне рекомендовали, прежде всего, убраться из комнаты. Также советовали всякие средства и яды. Одна одногруппница заявила:

— Ты что, ноги бы моей не было в том месте, где обитают эти гады!

Но я не намерен был сдаваться так просто. Сначала перепробовал всё, что мне насоветовали опрошенные (кроме, разумеется, выселения), потом обратился к своим соседям с крайним предложением:

— У меня есть очень сильнодействующая отрава. Давайте обработаем все места, где клопы потенциально могут обитать, и пойдём погуляем пару часиков. Вдруг поможет.

К инициативе соседи снова отнеслись скептически, но согласились. Мы обработали действительно всё, вплоть до пластилиновых скульптур на столе Анвара (он учился на скульптора), и ушли восвояси. Когда вернулись, запах средства ещё витал по комнате и вселял надежду на то, что клоповый ад скоро закончится. Как же обидно было уже на следующее утро обнаружить новые цепочки укусов! Этим клопам были совершенно безразличны все мои потуги. Радовало только то, что не одному мне стало обидно. Через пару дней Анвар предупредил нас, что собирается вновь позвонить дезинсекторам и попросить помощи.

— Когда будете уходить на пары, накройте свои вещи. Мне сказали, что они будут обрабатывать все поверхности. Если не накроете, придётся смывать отраву. Не знаю, как вы будете мыть ноутбуки, поэтому и предупреждаю.

В назначенный день никакая дезинсекция не приехала. Отчаянию нашему не было предела. Даже меланхоличный Юра, которого ничего, кроме видеоигр, в этой жизни не интересовало, погрустнел.

Дезинсекция приехала на следующей неделе, когда её никто уже не ждал. Вещи, естественно, мы не накрыли, а потому пришлось всё промывать, будто мы решили внезапно устроить генеральную уборку. 

И в очередной раз мне показалось, что сработало. Укусы почти прекратились, днём по ногам никто не ползал, а значит, думал я, можно жить счастливо. Так продолжалось с неделю. Потом — новые потери крови. Только в этот момент до меня дошла мысль, которая должна была дойти ещё месяцем ранее: мы действительно способны отравить клопов. Однако от этого они не умрут, а лишь временно мигрируют в другие комнаты и за счёт тамошних насекомых быстро восстановят потери. Я поделился этими ужасными мыслями с соседями. Удивлены они не были:

— А мы с самого начала говорили, что у тебя ничего не выйдет. Клопы живут по всему блоку, а значит, даже если мы избавимся от них в нашей комнате, к нам быстро набегут из других. Чтобы прекратить это безобразие, нужно организовать весь блок и потравить комнаты одновременно. Но никому, кроме нас, оно не надо. Остаётся только смириться.

Надежда, в отличие от вредителей, мигрировала из разума перманентно. Взвесив все за и против, я написал заявление на переселение. Через несколько недель мне удалось выхлопотать новое место. Я собрал вещи и сбежал от проблем, которые мне не удалось победить. 

Уже год я живу в другом общежитии. И каждый раз, когда кто-нибудь говорит о плохих общажных условиях, я вспоминаю историю этой борьбы. Хоть она и не увенчалась успехом, за те два месяца я стал сильнее. Я больше не наивный первокурсник, а матёрый студент, который, кажется, повидал всё. 

Вадим СКВОРЦОВ