Больное тело, больная планета: как «Бугония» ставит диагноз
Что общего у исчезающих пчёл, параноидальных конспирологов и бессердечной главы фармкорпорации? Согласно новому фильму Йоргоса Лантимоса «Бугония» (2025) — судьба человечества, которое копает яму под себя.
Это не просто ремейк культового корейского триллера о похищении инопланетянки, а безжалостный снимок эпохи. Здесь граница между безумием и истиной настолько прозрачна, что по обе её стороны оказываются одинаково отталкивающие персонажи. В главных ролях оказались Эмма Стоун (Мишель Фуллер), Джесси Племонс (Тедди) и Эйдан Делбис (Дон).
«Ты мой лучший друг, и я спасу тебя», — заявляет Тедди своему кузену Донни, погружённому в мир интернет-конспирологии. По его версии, Земля давно под контролем злобных пришельцев, ответственных за всеобщую несвободу, экологические бедствия и даже гибель пчёл — последнее больно бьёт по Тедди как пасечнику.
Ради борьбы они сознательно обрекли себя на аскезу: никаких медиа, развлечений и даже романтических связей. Они хотели стать свободными — и потому отгородили себя от всех благ, не приносящих пользу делу. Кульминацией их подготовки становится похищение гендиректора фармацевтического гиганта Мишель Фуллер. Тедди, отмечая её неправильный прикус и узкие стопы, видит в ней ключевую фигуру инопланетной оккупации со стороны галактики Андромеды. Изолировав женщину в подвале и лишив её волос, чтобы та не могла передать сигнал, самозваные борцы за свободу человечества надеются через неё выйти на верховного командующего пришельцев.
Свободу, которую так выгрызают герои, можно проглядеть и в пространстве. А точнее, в его замкнутости. Маленькая сумасшедшая жизнь внутри большого простора — то, что идеально описывает конфликт героев с миром. Дом Тедди — место, где происходит основное действие. Это и подвал, где заперли героиню, и сама гостиная, обставленная всеми возможными предметами интерьера, с закрытыми фольгой и шторами окнами — всё как бы притесняет и давит на психику. Территориально дом изолирован от цивилизации, поблизости даже соседей нет, что и создаёт идеальные условия для эксперимента.
Некая стерильность и минималистичные композиции офиса Фуллер кричат о пустоте окружающего мира и его потерянности. Пропасть в такой локации не составит труда, но точно не тогда, когда героиня — директор компании Auxolith, где она знает лабораторию как свои пять пальцев. Здесь она, как оказалось, ориентируется гораздо лучше, чем у себя дома. Почему, когда на экране разворачивается похищение, девушка так уверена в своих силах и сначала начинает давать парням отпор, а затем ищет способ попасть в дом? Не безопаснее ли было бы сесть обратно в машину и уехать на время в другое место, сообщить полиции о нападении? Может, это житейский взгляд на ситуацию, не свойственный героине, считающей себя едва ли не пупом земли.
А пока упомяну и телесный хоррор, который не меньше пространства говорит о диагнозах героев. Режиссёр не упускает возможности нанести им вред, причём страдают в фильме все действующие лица. И нередко они делают больно морально и физически именно себе. Тедди психически нездоров, и непонятно что стало отправной точкой — то ли разворачивающаяся трагедия с пчёлами, то ли болезнь матери. Его параноидное расстройство личности выходит за рамки своих чувств и переключается, в первую очередь, на Дона. Первый всеми силами убеждает кузена в своей теории и добивается согласия вколоть ему антиандрогенный препарат всё в тех же интересах — чтобы сексуальные потребности не мешали делу. Внушает он брату и то, что ему стоит только молчать, когда тот будет вести диалог с Мишель. Доминантность дошла до того, что в каждом действии Дон ему должен отдавать отчёт. И в этот момент Тедди совершает первое убийство — он сначала подавляет личность близкого ему человека, а затем и вовсе разрушает. Все деяния, совершённые им, до предела абсурдны и отвратительны, начиная с психологического насилия над братом и заканчивая нанесением травмы колена заключённой.
Отсюда, кстати, и несоответствие действительности. Почему в момент, когда он уезжает в больницу, Фуллер, освободившись от оков, не спешит покинуть место, где её держали против воли? Наткнувшись на импровизированную адскую лабораторию, куда она попала, хромая, неторопливо рассматривает все «экспонаты». Сразу после этого, в том же подвале, она ощутила себя более одушевлённой и будто исцелённой — колено волновало не так сильно, как обоснование действий Тедди в сторону других андромедианцев. И как же тогда получилось, что после возвращения в офис проблема с суставом снова вернулась? Не может ли это значить, что место силы у героини одно, чем служит осознание своей принадлежности к инопланетной жизни?
Финал и оставляет зрителя со всеми вопросами как раз потому, что Лантимос любит наталкивать его на размышления, на диалог. Картина совершает прыжок из тесного подвала психологического триллера в космические просторы антиутопии, чтобы поставить окончательный диагноз. «Как люди смогли стать такими бесчеловечными?» — ключевая фраза Мишель звучит не как вопрос, а как приговор. Лантимос показывает, что люди стали собственными поработителями задолго до появления любой внешней угрозы, а инопланетная интервенция — лишь санитарная процедура, очищающая от пороков.
Анастасия ГАПОН